Он дал мне точные указания: исключить женщин с детьми, исключить женщин с генетическими отклонениями. "Я не вполне уверен насчет глаз... - сказал он. Ладно, это подождет. Но никаких рыжеволосых. Я не люблю их".

Через две недели у нас осталось 235 женщин. Все они очень хорошо говорили по-английски. Милтон сказал, что языковая проблема ему ни к чему: компьютерный перевод будет помехой в интимные моменты.

- Я не могу переговорить со всеми 235-ю женщинами, - сказал он. - На это уйдет слишком много времени, да и моя цель стала бы всем известна.

- Да, могут быть неприятности, - согласился я.

Милтон велел мне делать то, что мне не полагалось. Но никто об этом не знал.

- Это никого не касается, - сказал он, и кожа на его лице покраснела. Вот что, Джо. Я дам тебе голографические портреты, а ты сравнишь с ними наших претенденток.

И он принес голографические портреты.

- Это три победительницы конкурсов красоты. Кто-нибудь из наших 235-ти похож на них?

Восемь женщин оказались очень похожи.

- Прекрасно, - сказал Милтон. - У тебя есть все сведения о них. Изучи рынок труда и устрой так, чтобы их взяли к нам на работу. По очереди, конечно.

- В алфавитном порядке, - добавил он после некоторого размышления.

Мне не полагалось выполнять подобные операции. Перевод человека на другую работу в личных целях называется махинацией. Но Милтон устроил так, что я смог это сделать, - правда, только для него и ни для кого другого.

Первая девушка прибыла через неделю. Милтон покраснел, когда ее увидел. Он разговаривал с ней так, как будто каждое слово давалось ему с трудом. Они проводили вместе много времени, и он не обращал на меня никакого внимания. Однажды он предложил ей: "Давайте пообедаем вместе".

На следующий день он признался:

- Что-то не получилось. Чего-то не хватало. Она очень красива, но я не ощутил прикосновения настоящей любви... Попробуй следующую.